February 5th, 2011

Тунизм

Думаю, что скоро будет признан новый, политический туризм

Шлет борты «Трансаэро» в Тунис — забирать российского туриста.
Родина, к туристу не тянись, дай взглянуть поближе на Тунис-то!

Президент Туниса бен-Али улетел, покуда уши целы,
— и ничем ему не помогли даже обещанья снизить цены.

Двадцать три проправил он годка, будучи заслуженным военным,
и сладка казалась, и гладка жизнь его в Тунисе суверенном;
он оптимизировал среду, и хотя страна не знала роста
— в позапрошлом выборном году он набрал процентов девяносто.

Но поскольку дороги дрова, а зарплаты жалобны и низки
— вышли защищать свои права местные тунисцы и туниски.

Бен-Али сначала заюлил, пред собой увидев амбразуру:
выборы свободные сулил, отменил в Тунисе всю цензуру,
— но народ воскликнул: «Бен-Али! Не борись с собою, не томися,
не вводи свободу, отвали. Вот ты где у жителей Туниса».

Внутренних союзников нема, туго с подкреплением наружным,
гвардия волнуется сама — фиг ли ей стрелять по безоружным?
— вся столица в шашечном дыму, лозунг «Прочь!» повсюду накорябан,
и пришлось без почестей ему улетать к саудовским арабам.

Самолет торопится пропасть, забираясь в палевые выси…
Как страна себе меняет власть — посмотреть позвольте хоть в Тунисе!

Пляжи — скука. Дайвинг — атавизм.
Думаю, что скоро будет признан новый, политический туризм;
предложу назвать его тунизмом. Он нам в утешенье типа дан.
Помните, как наши нищеброды ездили, бывало, на Майдан
и дышали воздухом свободы? Помнится, отпущенный холоп,
до свободы временно возвысясь, вывозил рецепты из Европ
— ныне же пример ему тунисец.
Нам бы хоть в Тунисе повидать,
в уличном, крутом магрибском стиле — как бывает эта благодать,
чтоб режим зарвавшийся сместили.

Почему давно таких затей не случалось в нашей эпопее?
То ли мы значительно сытей, то ли оглушительно тупее.
Мы вошли в такое рококо, душу в пятки накрепко упрятав,
— нам теперь до Минска далеко, а уж до Туниса — как до Штатов.

Раз они свободу завели, безопасность жителей затронув,
— пусть найдут замену бен-Али, благо их там десять миллионов!
А у нас их больше в десять раз, но, кружа над местным пепелищем,
паре, воцарившейся у нас, мы замены сроду не отыщем.

Дружный наш тандем неразложим, местные элиты нерадивы,
а какие парный наш режим вырастил себе альтернативы!
Дорожают местные дрова, провода срываются от стужи
— но сумели сделать эти два, что остались только те, кто хуже.

Бен-Али, когда б он был умен, а не просто вылизан до блеска,
— по рецептам нашенских времен запросто б упас себя от бегства.
Он сказал бы: «Выслушай, Тунис! Прекрати разнузданную ругань.
От меня дорога — только вниз. Я уйду — и будет гитлерюгенд.

Видишь — маршируют по двору, грозно отрабатывая ставку?
Вот что будет, если я умру, или, не дай бог, пойду в отставку».

И толпа б завыла: «Бен-Али! Задержись хотя бы лет на десять!»
— а смутьянов всех на фонари тут же потрудились бы развесить,
всяк бы в воздух чепчики бросал и в штаны от радости мочился,
а того, кто против, записал тут же в сексуальные меньшинства.

И режим остался бы таков, и Али бы оказался вечен,
если б там имелся бен-Сурков или, на худой конец, бен-Сечин.

И народ бы пил как искони, слезы счастья с водкою мешая.
А за волей ездили б они хоть в Руанду. Африка большая.

Дмитрий Быков

http://www.novayagazeta.ru/data/2011/003/36.html